Вегетососудистая дистония и панические атаки

Вегетососудистая дистония и панические атаки Кислород

Лечение тревожности у пациентов с ибс

Лечение панического расстройства у пациентов с ИБС в значительной степени игнорировались в научной литературе в ущерб нашему пониманию тревожных расстройств при ИБС. Большинство доказательств эффективности лечения на самом деле получены в исследованиях, посвященных депрессии, в которых снижение тревожности было лишь вторичным результатом, или в исследованиях, использующих только самооценку тревожности.

Систематический обзор 2022 г. показал, что ни одно контролируемое исследование не было специально нацелено на тревожные расстройства у пациентов с ИБС. Этот вопрос остается белым пятном в литературе и клинической практике.

Сложный характер панического расстройства, сопутствующего ИБС, требует адаптации методов стандартной когнитивно-поведенческой терапии (КПТ). Лечение панического расстройства, сопутствующего ИБС или кардиомиопатии, усложняется следующими моментами:

(а) диагностическое совпадение симптомов, испытываемых при тревожности и болезнях сердца;

(б) высокий риск, связанный с игнорированием боли в груди и затягиванием обращения к врачу при возможном инфаркте миокарда;

(в) КПТ, отталкивающаяся от идеи катастрофического искажения телесных симптомов, должна быть модифицирована с учетом реального сердечно-сосудистого риска;

(г) эксперименты с индуцированием симптомов (например, с помощью гипервентиляции) могут быть опасными в связи с риском ишемии миокарда.

В лечении тревожности могут быть полезны трансдиагностическая КПТ и метакогнитивная терапия, нацеленная на когнитивные и поведенческие процессы, общие для тревожности и депрессии.

Обзоры современной научной литературы показывают, что при лечении тревожности и депрессии у пациентов с ИБС величина эффекта ниже, чем в группе пациентов с другими хроническими заболеваниями, такими как диабет. Масштабные исследования в кардиологии (ENRICHD, SADHART, CREATE), продемонстрировали сложность лечения депрессии и тревожности при ИБС. 

Однако большинство исследований были посвящены результатам однотипного вмешательства – либо применение только психотропных препаратов, либо только психотерапия. Медицинские мероприятия, включающие КПТ и назначение психотропных препаратов, оказывают небольшое, но значимое влияние на риск тяжелых нежелательных сердечно-сосудистых явлений.

Что касается психотропных препаратов, то исследование Европейского кардиологического общества EUROASPIRE IV показало, что в группе пациентов, госпитализированных в связи с ИБС, анксиолитические препараты назначаются только 2,4 % пациентов при выписке из больницы и 2,7 % пациентов при последующем наблюдении.

Эта оценка согласуется с другими исследованиями, использующими систематический скрининг депрессии и тревожности в кардиологии, результаты которых показывают, что психотропные препараты применяются все же значительно чаще КПТ или других видов психотерапии. Неясно, связано ли это с предпочтениями пациента, предпочтениями врача или отсутствием ресурсов для проведения КПТ.

Любопытно, что назначение бензодиазепинов после инфаркта миокарда связано со снижением риска повторного инфаркта. У этой связи на графике форма J-образной кривой, что указывает на пользу малых и средних доз бензодиазепинов по сравнению с большими дозами.

Анксиолитические препараты с успокаивающим эффектом, такие как бензодиазепины, должны назначаться осмотрительно. Они, как правило, не используются при КПТ. Вне связи с риском зависимости, отказ от этих препаратов при КПТ обосновывается тем, что прием анксиолитиков может стать частью стратегии безопасного поведения или неадаптивной копинговой стратегии, и тем самым препятствовать излечению, продлевая тревожность и усиливая потребность в лекарствах во время приступа паники или перед ситуациями, вызывающими тревогу.

Таким образом, КПТ, как правило, считается предпочтительной стратегией лечения тревожности с более надежными и длительными результатами лечения в долгосрочной перспективе без рецидива [4]. По этой причине использование бензодиазепинов при лечении пациентов с ИБС обычно лимитировано, а препаратами первой линии являются серотонинергические препараты.

Эффективность серотонинергических препаратов, включая СИОЗС и СИОЗСиН, при лечении симптомов депрессии у пациентов с ИБС подтверждена исследованиями SADHART и CREATE. Риск смертности после приема СИОЗС не снижается, но вероятность повторной госпитализации уменьшается (хотя есть обзоры, из которых следует, что прием СИОЗС не приводит к снижению риска повторной госпитализации).

К возможным плейотропным эффектам серотонинергических препаратов относится снижение способности тромбоцитов к агрегации и улучшение функции эндотелия. Потенциальные побочные эффекты включают повышение риска кровотечения, а также способность эсциталопрама продлевать интервал QTc, в связи с чем не следует назначать его в дозах выше 40 мг/сут.

В дополнение к КПТ и серотонинергическим препаратам некоторые специалисты предлагают использовать аэробные упражнения под контролем врача в качестве одного из методов лечения паники при ИБС, обеспечивающего эмпирическое и интероцептивное переживание таких соматических ощущений как одышка, учащенное сердцебиение и потение.

Аэробные упражнения, входящие в комплекс кардиореабилитации, провоцируют соматические симптомы в безопасных и контролируемых условиях. У пациентов с паническим расстройством подобные упражнения (например, несколько сеансов с 25-минутной нагрузкой на беговой дорожке) улучшают показатели максимального потребления кислорода.

Также известно, что регулярная физическая активность может положительно влиять на симптоматику тревожного расстройства. Однако, поскольку люди с тревожностью и депрессией с меньшей вероятностью участвуют в кардиореабилитации, исследования, показывающие пользу физических нагрузок при тревожности, возможно, задействуют только тех, кто не избегает физических нагрузок.

Автор перевода:Филиппов Д.С.

Паническая атака. как распознать и справиться с приступом

Старший преподаватель курса психиатрии ГомГМУ, врач-психиатр высшей категории Наталия Хмара рассказала, как распознать паническую атаку и эффективно справиться с приступом. 

Nataliya HmaraНаталия Хмара, старший преподаватель курса психиатрии ГомГМУ, врач-психиатр высшей категорииЧто такое паническая атака и почему она возникает? Какие причины распространены среди ваших пациентов?

Паническая атака — это приступ сильного страха, чаще страха смерти, как правило, кратковременного — несколько минут. Сила страха настолько велика, что если бы приступ длился часами, как рассказывают некоторые пациенты, выдержать его было бы физически невозможно. Это не только самостоятельное психическое заболевание, но и в ряде случаев симптом других психических расстройств.

Пик проявления панических атак приходится на 20–40 лет, чаще страдают женщины, чем мужчины. Однако частота и причины их возникновения при наличии общих травмирующих факторов могут отличаться. В ситуации, которую мозг опознает как травмирующую, возникает 3 наиболее частых реакции — гнев, бегство и оцепенение.

Современная доступность информации, а также противоречивость этой информации способствуют усилению тревоги. Термин «инфодемия» был предложен психологами, изучавшими влияние отслеживания информации в СМИ о COVID-19 на формирование тревоги, которая в будущем увеличилась на 8,2 %. Думаю, сегодня мы в сопоставимой ситуации, инфодемия провоцирует негативные эмоциональные реакции.

Наша психика способна достраивать возможный вариант развития событий, активное чтение плохих новостей сейчас и в перспективе будет приумножать последствия растущей тревоги. А если человек тревожен по своей сути, то риск развития у него психических расстройств весьма вероятен.

Когда мы находимся в опасной для нас ситуации, включается сверхбдительность: мы все время отвлекаемся на новости, боимся за будущее. Впоследствии появляются бессонница, беспричинная раздражительность, снижается концентрация внимания, ухудшается общее самочувствие, обостряются хронические боли, соматические заболевания.

Люди начинают чаще и больше употреблять алкоголь, веря в то, что это снизит напряжение, но помогает это лишь на короткое время, после симптомы усиливаются. Могут обостриться психические расстройства, которые находились в ремиссии. Среди прочего увеличивается число панических атак. Механизмов их развития много. Нынешняя ситуация отличается высоким уровнем ожидания негативных последствий, что увеличивает беспокойство.

Испытывая раздражительность, мы сталкиваемся с социальными нормами: нельзя кричать на соседа только потому, что невозможно сдержаться от страха и злости. Человек начинает усмирять свои разрушительные переживания, что часто лежит в основе панической атаки: сдержанные переживания никуда не исчезают и должны найти выход. Такие пациенты плохо осознают свои эмоции и способы совладания с ними.

Расскажите о симптомах панической атаки. Встречались ли неординарные случаи?

Классическая паническая атака включает в себя 2 компонента — соматический и психический. Психический характеризуется чувством страха, иногда ужаса, ощущением безысходности и непониманием того, что происходит. На соматическом уровне появляются одышка, нехватка воздуха, тремор, потливость, головокружение, тахикардия и другие признаки.

После завершившейся панической атаки человек чувствует себя хорошо и способен вести свою обычную жизнь. Я знаю пациентов, у которых, по их словам, в течение ночи отмечалась целая серия приступов, но утром они шли на работу и полноценно трудились.

Сама по себе паническая атака редко инвалидизирует, однако может формировать неприятное ожидание: человек периодически начинает проверять, не случится ли вот-вот приступ, как бы искусственно вызывая его. Переживший паническую атаку начинает избегать мест, где это произошло, закрывается дома, боится посещать магазин, ездить в автобусе, находиться в толпе… В таком случае выставляется диагноз «паническое расстройство с агорафобией».

Стоит отметить, что паническая атака может выступать не только как самостоятельное расстройство, но и как симптом другого заболевания. Если пациент говорит, что приступы мучают его длительное время, обследуйте на соматическую патологию — сердечно-сосудистую, эндокринную, неврологическую. Так, например, ночью случилась единичная экстрасистола, человек испугался, и это спровоцировало паническую атаку. Варианты приступов разнообразны, иногда пациенты сообщают только о соматическом компоненте, в других случаях больше описывают психические переживания.

Приведу еще пример: пациентка, по ее словам, страдала паническими атаками несколько лет. Согласно выставленному диагнозу ей был назначен антидепрессант из группы СИОЗС. Ко мне обратилась, чтобы «уйти от препарата, так как эффекта больше нет». После 6-месячного перерыва появлялись тремор и ощущение потери сознания, что врачами расценивалось как возвращение заболевания. Настораживало, что дозу препарата увеличивали, но панические атаки были чаще.

В процессе сбора анамнеза выяснилось, что в раннем детстве у пациентки случались приступы эпилепсии. С возрастом заболевание ушло, и женщина о нем больше не вспоминала. Соответственно, доктору тоже ничего не рассказала. С учетом анамнеза ей была назначена энцефалограмма, на которой был обнаружен очаг эпилептиформной активности. В данном случае трудно сказать, были ли панические атаки прикрытием эпилепсии или же антидепрессант дал такой редкий побочный эффект.

Другая пациентка пережила тяжелую травмирующую ситуацию, которая касалась взаимоотношений с родителями. Через пару месяцев у нее появились флешбеки, нарушился сон, аппетит, снизилась концентрация внимания и пропал интерес к жизни, а также начались панические атаки, после чего она и пришла на консультацию.

Приступ может быть последствием депрессии либо злоупотребления алкоголем, в таком случае следует лечить основное заболевание.

А как сами пациенты описывают свои ощущения во время приступа?

Обычно называют соматические симптомы — тремор, сердцебиение, одышку, потоотделение, боль в груди, тошноту, чувство жара или озноба, при этом не имеет значения, тепло или холодно в помещении, часто говорят «не могу вдохнуть полной грудью, что еще больше пугает». Психические симптомы приходится детализировать: «казалось, сейчас я потеряю сознание», «казалось, я сойду с ума», «казалось, я умираю». Иногда во время приступа они не понимают, где находятся.

Бывают ли панические атаки у детей?

В литературе описывают случаи, но на практике я не встречала. На мой взгляд, дети чаще всего копируют поведение родителей и их стратегии решения сложных ситуаций. В подобных случаях необходимо разбираться с отношениями в семье.

Какой метод самопомощи порекомендуете при панической атаке?

Сегодня важно сконцентрироваться на той технике, которая будет работать независимо от того, паническая ли это атака, раздражение, оцепенение или социальная фобия. Одна из простых и при этом эффективных техник — заземление, метод, позволяющий вернуться в «здесь и сейчас».

Обратите внимание на свое дыхание, можете вдохнуть на 4 счета, задержать дыхание на 2 счета и выдохнуть на 4 счета или просто сосредоточиться на дыхании. Основная задача — сместить фокус внимания. Другой вариант: уловите 1 запах, опишите 2 тактильных ощущения, 3 эмоции, 4 действия, которые происходят здесь и сейчас — птица полетела, люди разговаривают…

Техника заземления помогает отключиться от «эмоционального крючка».

Важно осознавать зону своего контроля и фокусироваться только на ней, не выходить за рамки. Так, мы можем управлять нашими словами, поступками, количеством усилий, решать, как заботиться о себе.

Забота о здоровье, о теле, особенно в тяжелые, беспокойные периоды жизни, имеет колоссальное значение. Если человек выспался, поел, находится в хорошей физической форме, он лучше справляется с тревогой.

Необходимо осознавать вещи вне зоны нашего контроля — то, что думают, говорят окружающие, какой выбор они делают, какие события произошли в прошлом…

Помните, за что вы отвечаете и не отвечаете. Занимайтесь повседневными делами, замечайте, обсуждайте вашу тревогу, но не погружайтесь в нее, не раскручивайте: если случится это, то будет вот это…  Спросите себя: что я чувствую? Опишите свои страхи. Старайтесь не допускать беспокойных мыслей о будущем и не развивать их.

Вы не сможете сформировать совершенно правильное представление о том, что происходит на самом деле, но однозначно попадете под действие разрушительных факторов тревоги.

В период военных действий люди чаще испытывают панические атаки, чем в мирное время?

Участники военных действий скорее наоборот. Переживать и перерабатывать свои травмы они будут потом, а во время войны люди убегают от опасности, находятся в состоянии решения — «все, срочно в бомбоубежище». Адреналин у них все время расходуется.

У нас же при повышенной тревожности адреналина вырабатывается столько же, наш мозг прекрасно рисует картинки — ситуации, которые могут случиться и что мы должны сделать, но необходимости в таком поведении нет, нам не нужно никуда бежать, и мы остаемся как бы на старте, от чего сильно истощаемся. Поэтому так важно отключиться от этого состояния — ожидания и прогнозирования своего будущего. Мы не знаем, каким оно будет.

Нужно максимально вовлекаться в рутинную деятельность. Запланировали 4 дела — выполните все 4. Если ваш ребенок ходит в кружки, максимально задействуйте его на кружках. Это снизит тревогу.

Как работаете с пациентами с паническими атаками?

Ведение таких пациентов имеет ряд сложностей: они поздно приходят и часто нарушают комплаенс, что снижает возможности терапии. Необходимо побуждать человека описывать его переживания, так как непонимание своего внутреннего состояния еще больше вызывает ощущение дискомфорта, а нестабильность ситуации усиливает панику.

Если пациент настроен, мотивирован, то хороший выбор — психотерапия. В литературе предлагается когнитивно-бихевиоральная, но эффективны разные подходы. Так, психоаналитические методики помогают разобраться, что происходит с человеком в целом, подходя к панической атаке как к симптому.

Пациента можно научить выражать свои эмоции, не доводя себя до состояния перенапряжения, когда только паническая атака даст возможность выброса негатива. Но не каждый готов погружаться в свой внутренний мир. Мы сами выбираем, как нам лучше строить свою жизнь.

Если человек не настроен на психотерапию, следует прибегнуть к первой линии — антидепрессантам из группы СИОЗС, если нет эффекта, то к венлафаксину или средству из группы трициклических антидепрессантов, например, кломипрамину.

К сожалению, и антидепрессанты, и психотерапия не дают быстрого эффекта, лишь спустя 3–4 недели. Не все выдерживают это время и нередко бегут к другому специалисту, что создает массу проблем: формируется резистентность, пациент теряет веру в свое выздоровление, приступы усложняются.

Часто добавляют транквилизаторы, которые могут снять атаку сразу, но, к сожалению, не лечат. Согласно исследованиям, назначать их лучше короткими курсами, чем (как это бывает) по требованию, что приводит к неконтролируемому применению препарата, увеличению дозы без необходимости и в итоге к зависимости. Я, кстати, часто встречаю эту проблему среди людей, длительно страдающих паническими атаками. Кроме того, сама по себе отмена препарата может вызывать ощущения тремора, симптомы абстиненции, которые пациент будет воспринимать как паническую атаку.

Чем опасны панические атаки, если их не лечить?

Формируется хронический процесс, добавляется агорафобия, трудно оставаться полноценным членом общества. Человек начинает хвататься за все возможные средства, становится зависимым от транквилизаторов, иногда алкоголя. Это приводит к дополнительным трудностям — развитию абстинентных синдромов, усилению панических атак. Формируется избегающее поведение, человек начинает перекладывать решение своих вопросов на близких. Впоследствии появляется вторичная выгода: болеть становится удобно.

Вы сами переживали когда-нибудь паническую атаку?

Я достаточно тревожный человек, но панической атаки не испытывала. В нынешних реалиях я тоже сильно переживаю, но знаю: беспокоиться и тревожиться сейчас — это абсолютно нормально.

Те чувства, которые мы сегодня проживаем, — это своего рода охранительное поведение нашего организма, чтобы избежать последствий, потому что именно удержанные эмоции будут формировать все психические и соматические проблемы переживаемого стресса.

Когда тревожная ситуация закончится, люди смогут вернуться к своему нормальному существованию, потому что у всех нас есть копинг-стратегии (как справляться со стрессом, психотравмой). Самое главное — позволить им включиться, что мы и делаем, когда занимаемся рутинными делами, живем здесь и сейчас, заботимся о себе и своих близких, общаемся, обнимаемся, поддерживаем друг друга.

Фото предоставила Н. Хмара.

Панические атаки. современные методы диагностики.

Только квалифицированный врач невролог-вегетолог может поставить диагноз паническое расстройство, которое проявляется паническими атаками, выявить его симптомы и назначить оптимальное лечение.

На первичном осмотре врач-вегетолог должен исследовать нормальные рефлексы пациента, его мышечную систему, органы чувств, когнитивные функции (память, речь, восприятие), оценить общее психоэмоциональное состояние больного, при этом учитывая все его жалобы, чтобы собрать полную картину болезни.

Далее есть несколько методов диагностики вегетативного нервного расстройства. Один из них – это исследование вариабельности сердечного ритма.

Пациент выполняет несложную нагрузку: сначала он ложится на спину, а через несколько минут – встает на ноги. Таким образом мы моделируем стандартную повседневную ситуацию, когда на наш организм оказывается самая минимальная нагрузка. Все это время датчики, прикрепленные к груди пациента, записывают ритм его сердца, а врач затем сравнивает изменения ритма в обоих положениях.

Как это работает? В здоровом состоянии наше тело адекватно реагирует на любой «стресс», любую нагрузку (умственную, физическую, эмоциональную). Поэтому, когда здоровый человек встает, то в его теле срабатывает симпатический отдел вегетативной нервной системы и вырабатывается гормон адреналин, а значит сердцебиение учащается.

Когда человек ложится, то в норме его организм должен настроиться на отдых и расслабление. На уровне физиологии это проявляется так: в активность вступает парасимпатический отдел вегетативной нервной системы и выделяется гормон ацетилхолин, который гасит активность адреналина, и наступает фаза релаксации и восполнения резервов организма.

Но у пациентов с симптомами панических атак наблюдается аномальная смена кардиоритмов: то есть, когда человек ложится, его пульс учащается и становится все быстрее и быстрее. То есть когда человек дает своему организму команду настроиться на отдых, организм понимает все наоборот – и готовиться к выполнению забега на короткую дистанцию.

Таким образом врач делает вывод, что гармоничная работа симпатического и парасимпатического отделов нервной системы нарушена. Значит, можно переходить к следующему этапу обследования.

Среди инновационных методов диагностики панического расстройства – исследования вегетативной нервной системы методом инфракрасной термографии. На инфракрасном снимке тепловизор наглядно показывает, в каких именно узлах (ганглиях) вегетативной нервной системы нарушена работа. Именно с этими вегетативными узлами впоследствии будет работать врач невролог-вегетолог.

«Серьезные научные исследования последнего десятилетия показали высокую достоверность и надежность термографии. Это позволяет использовать данный метод в медицинской практике для постановки диагноза в сложных случаях», — Джеймс Мерсер, профессор, президент Европейского общества термографии (EAT).

После лечения можно сделать повторный инфракрасный снимок, на котором Вы заметите прогресс от пройденного курса. Зоны с аномальной температурой (ярко-красного или темно-синего цвета) изменят свой цвет на снимке, потому что их температурный режим приблизиться к нормальному показателю.

Предполагаемые биоповеденческие механизмы, связывающие тревожность с ибс

Биоповеденческие механизмы, связывающие панику и ИБС, сложны, двунаправленны и плохо изучены. Биологические факторы риска, опосредующие взаимосвязь между тревожностью и микрососудистыми поражениями, такими как замедление коронарного кровотока, микрососудистая стенокардия и артериальная ригидность, плохо документированы.

Паническое расстройство может сопровождаться ранее возникшими кардиометаболическими факторами риска, включая гипертонию, гиперлипидемию, ожирение, заболевания почек и диабет, поэтому изучение связи между тревожностью и ИБС, вероятно, затронет то общее, что есть у ИБС и других хронических заболеваний.

Что касается поведенческих механизмов, которые ответственны за развитие атеросклероза, поперечные исследования с участием пациентов с тревожными расстройствами показывают преобладание такого поведенческого фактора риска как курение табака. Задокументирована сильная коморбидная связь тревожных расстройств с алкоголизмом и злоупотреблением психоактивными веществами.

Как ни парадоксально, но беспокойство о своем здоровье не обязательно подталкивает к изменению образа жизни в том, что касается физической активности и диеты. Психометрические показатели, говорящие о повышенной тревоге по поводу здоровья, фиксируются одновременно с показателями, говорящими о повышенном риске развития ИБС.

Другим поведенческим фактором риска, непосредственно связанным с ИБС, является кардиореспираторная выносливость. Несколько лонгитюдных исследований показали, что плохая кардиореспираторная выносливость является предиктором возникновения депрессивных расстройств в пожилом возрасте.

Можно предположить, что существует аналогичная связь с тревожными расстройствами, т. к. пациенты с паническим расстройством с высоким уровнем соматической тревожности почти в три раза чаще сообщают о низком уровне физической активности по сравнению с людьми с низкой соматической тревожностью.

Связь кардиореспираторной выносливости и физической активности с тревожными расстройствами сложнее, чем в случае с депрессией. Все большее признание получает тот факт, что для пациентов с тревожным расстройством, особенно страдающих от приступов паники, характерно поведение, направленное на избегание физических упражнений.

Подтверждением этому служат исследования с тестированием сердечно-легочной нагрузки, в которых пациенты с паническим расстройством, как правило, отказываются продолжать тестирование при тех же показателях максимального потребления кислорода, при которых другие испытуемые не прекращают тестирование.

Избегание физических упражнений и страх перед соматическими ощущениями приводит к явным последствиям для пациентов с ИБС, проходящих кардиологическую реабилитацию. Непреходящая тревожность и соматизация являются сильными предикторами снижения физической работоспособности после кардиореабилитации.

В экспериментах, нацеленных на индуцирование и количественную оценку физиологических симптомов панического расстройства, применяется ингаляция углекислого газа (вдыхание смеси кислорода с 35 % CO2). Это может вызвать одышку, головокружение и незначительное беспокойство у большинства участников, а также приступы паники у тех, у кого есть паническое расстройство или риск его возникновения.

В исследовании 2005 г. [2] у 81 % пациентов с ИБС с коморбидным паническим расстройством тест с ингаляцией углекислого газа индуцировал ишемию миокарда. В исследовании 2022 г. [3] для оценки обратимой ишемии миокарда, вызванной паникой, использовалась однофотонная эмиссионная компьютерная томография.

Из-за такой большой разницы в результатах, остается неясным, приводят ли панические атаки к обратимой ишемии миокарда. Важно отметить, что ишемические последствия индуцированной паники у пациентов с ИБС высокого риска с коморбидным паническим расстройством не задокументированы.

В других исследованиях, посвященных сердечно-сосудистой реакции на панику, рассматривается симпатическая нервная система как посредствующее звено между сердцем и мозгом. Усиленные разряды в симпатических нервах во время панических атак связаны с изменением комплекса QRS, в частности интервала QT.

Существует связь между снижением вариабельности сердечного ритма и тревожными расстройствами. Метаанализ 2022 г. показал, что тревожные расстройства связаны со значительным снижением ВСР, измеренной методом временной области, а также методом частотной области.

К другим предполагаемым механизмам, посредством которых паника и тревожность способствуют развитию атеросклероза и рецидиву тяжелых нежелательных сердечно-сосудистых явлений, относится повышенная воспалительная реакция, отмеченная у людей с тревожными расстройствами, включая пациентов с коморбидной ИБС.

Больше всего собрано данных о повышении уровня С-реактивного белка, что свидетельствует об увеличении риска развития ИБС. Также известно, что при тревожных расстройствах повышается уровень интерлейкинов, фактора некроза опухоли и адреномедуллина. Усиленная миграция противовоспалительных иммунных клеток может привести к повышению способности тромбоцитов к агрегации и нестабильности коронарных бляшек.

Оцените статью
Кислород
Добавить комментарий